Катары — первые протестанты

Автор: , 02 Апр 2017

Становится абсолютно непонятным, каким образом ангелы, созданные добрыми, могли возненавидеть добро, подобное им, и существовавшее вечно, а также, почему эти добрые ангелы склонились ко злу, ещё не существовавшему, и полюбили его…

200px-Cathar_cross.svg

Двухтысячелетняя история христианства насчитывает столько разных удивительных сект, что некоторые из них впору называть целыми отдельными религиями, а общества, их исповедовавшие — отдельными самобытными цивилизациями. Одной из наиболее значимых из них были катары, создавшие в XI на юге Франции целую страну Окситанию. Учение Катаров, своего рода первых протестантов задолго до Лютера, даже по меркам современного свободомыслия, настолько отличалось от традиционного католического (да и не только католического) христианства, — что по сути представляло собой совершенно новую религию, породившую уникальное для темного средневековья общество всеобщей толерантности. Суть учения состояла в дуализме вселенной, имеющей два равноправных начала; Не одного, а двух богов — ветхозаветного, злого демиурга породившего наш грешный материальный мир (концепция схожая с Ялдабаотом гностических евреев), зачастую ассоциируемого с Люцифером, и светлого новозаветного Бога Отца, творца невидимого духовного мира, пославшего Иисуса для спасения людских душ — по воззрениями катаров — падших ангелов, заточенных в человеческих материальных телах. Именно так они интерпретировали послание Христа, Сына единственного истинного Бога, посланного Отцом в этот мир, «князем которого есть Сатана», чтобы, наконец, принести погибшим овцам, падшим ангелам, возможность спасения и возвращения на небесную родину.

Катары не создавали концепции политического и социального порядка божественного происхождения, божественного права, праведного насилия или священной войны. С их точки зрения все человеческие души, мужчин и женщин, богатых и бедных, еретиков и прелатов, души неверных и евреев были благими и равными между собою, и имели божественное происхождение. И всем им, без исключения, было открыто обетование спасения по милосердию Божьему.

Развивая свою догматику, катары утверждали, что католическая Церковь и светская власть созданы сатаной, и объявили папу римского наместником дьявола. Катары отрицали католические догматы и таинства, отвергали собственность, требовали ликвидации церковных богатств. В повседневной жизни проповедовали одоление плотских желаний и страстей, безбрачие, запрещали, животную пищу и допускали самоубийство. Создали особую церковную организацию.
Как и у католиков, в церкви катаров существовало разделение на клир и мирян. Миряне (лат. credentes, или «верующие») не должны были отрекаться от своих прежних католических привычек или привязанностей, но они признавали духовный авторитет катарских жрецов-наставников (лат. perfecti, или «совершенных»).

Различные духовные направления XI столетия имели много общих черт. Они отказывались от крещения маленьких детей (катары практиковали крещение в сознательном возрасте через возложение рук), отрицали таинство исповеди и таинство брака, которое как раз тогда вводилось папством. Они также отвергали действенность церковных таинств, если совершающий их священник находится в состоянии греха, а также критиковали культ Распятия, как орудия казни. Разумеется, подобное явление уже через некоторое время стало превращаться в прямую угрозу догматике Римско-католической церкви, ее власти и богатству. И реакция не заставила себя долго ждать.

Согласно историку XI века Раулю Глабера, около 1000 г. вели свою деятельность проповедники Леутард и Вильгард, учение которых было осуждено церковными властями. В 1022 г.(по другим данным, в 1017 г.) двенадцать каноников Орлеанского кафедрального собора были осуждены за ересь и сожжены по приказу короля Роберта Благочестивого. Это был первый костёр средневекового христианства.

Дальнейшая история катаров со второй половины XI века принадлежит, главным образом, югу Франции. Там ересь достигла такого распространения, что одно время католическая церковь находила невозможным бороться с нею силою и решилась прибегнуть к увещеваниям. Катары приобрели широкую поддержку горожан, особенно ремесленников, в значительной степени крестьян. В южной Франции катары (альбигойцы) пользовались также значительной поддержкой дворян, враждовавших с церковными феодалами и надеявшимися с помощью катаров вернуть себе земли, захваченные церковью. В 1165 году состоялось торжественное состязание католического духовенства с проповедниками и епископами катаров, которое закончилось объявлением катаров еретиками. Тогда катары открыто заявили свое полное отделение от римской церкви и создали собственную организацию. В мае 1167 года в Сан-Феликс де Караман, близ Тулузы, состоялся торжественный съезд духовенства катаров из различных стран. Главным средоточием ереси был Лангедок, но она проявлялась и в других местах Франции; из Фландрии перешла в Бонн и Кельн (1163), Лондон и Йорк.

Новую эпоху в истории катаров открывает собой 1209 год — начало крестового похода в южную Францию. Для крестового похода против альбигойцев (как прозвали катаров католики) характерны жестокие расправы с мирным населением, как то было в резне города Безье в 1209 году. Подошедшие к стенам города крестоносцы потребовали, чтобы все катары вышли из города, для чего предварительно был составлен список из чуть более чем 200 человек. Горожане наотрез отказались выдать соплеменников на расправу, в результате чего было вырезано практически все население города без разбора (более 7 тысяч человек), будь горожанин катаром или вовсе католиком. Именно при взятии крепости Безье была якобы сказана фраза, оставившая свой след и в нашем времени — «Убивайте всех, Господь распознает своих!», которую предположительно высказал папский легат, один из деятелей Альбигойских завоеваний Арнольд Амальрик.
Во время этого крестового похода, длившегося 20 лет, был уничтожен по меньшей мере миллион человек — целая страна, практически альтернативная классическому христианству Окситанская цивилизация.
За эпохой собственно Альбигойских войн (1209—1229), последовал третий, последний и наиболее продолжительный период в истории катаров (1229—1400), когда ересь перестала быть целостною, энергетическою оппозицией против римской церкви и сделалась предлогом для осуществления политических стремлений французского правительства к объединению Франции, а с целью искоренения последних представителей ереси прибегли к инквизиции. Всего долее катары просуществовали в Боснии.


About the author

Комментарии

Ваш отзыв